Обнаружение других катакомб, их содержимое

Поиски другой гробницы, по соседству, результатов не принесли. Продолжая исследования в этом районе, мы наткнулись на две другие шахты, ведущие в катакомбы, очень похожие на последнюю. На пути к большой могильной плите, закрывающей проход, на каждом спуске нам попадались кости животных. Внутренняя конструкция обеих гробниц очень похожа, тела лежали одинаково, одна гробница была значительно больше другой. В большей из них, в единственной стенной нише, лежали останки двух тел, четыре тела находились на полу. В меньшей — два тела были на полу и одно в стенной нише. У лежащих на полу не было украшений, вероятно, они являлись слугами или рабами. В этих гробницах найдены также несколько застежек и стеклянных сосудов.

Когда я наткнулся на нетронутый участок, мы прорыли тоннель от последних раскопок, чтобы избежать трудоемкого удаления большого количества земли при спуске вниз. (Смотрите фронтиспис.) Мы двигались недолго и достигли гробницы, которые обычно находятся недалеко от спуска. В этой катакомбе в стенах имелись две низкие ниши. С одной стороны располагались тела двух взрослых, в ногах которых лежали останки ребенка. В Другой- останки очень крупного человека- На груди с левой стороны сохранилась разукрашенная брошь, вокруг талии – пояс с серебряными и бронзовыми украшениями; сбоку лежали остатки короткой сабли или кинжала. Были найдены также прекрасная стеклянная чашка с блюдцем, слезницы, и другие очень интересные сосуды.

Стеклянные сосуды требовали очень осторожного обращения. Они были такими тонкими и хрупкими, что, когда мы резко переносили их из тепла на холод, они почти всегда трескались и распадались на кусочки, то же происходило со многими бусинками. Двигаясь дальше, мы наткнулись на другой спуск, однако прилегающая гробница оказалась пустой. В глине выделялась полость, полностью выкопать которую древним помешал большей камень. С правой стороны был открыт сводчатый проход, через который мы удаляли землю из второй камеры. Здесь покоились останки человека без украшений и реликвий. Был открыт другой проход, уходящий глубоко в землю; двигаясь по нему, мы обнаружили останки необычно крупного человека. Его рост составлял около семи футов, и он был довольно широким, судя по месту, которое занимал прах. Содержимое этой гробницы мало чем отличалось от других, которые мы обследовали. Но здесь была лучше обработка. Украшения лежали в единственной стенной нише, которая также была изготовлена лучше других.

На голове у этого человека находилось нечто похожее на персидскую шапку, а его длинные волосы — единственное, что не превратилось в пыль, — падали на плечи. На груди, с левой стороны, была брошка, украшенная гранатами. Возле изголовья найден прекрасный стеклянный графин с ручкой и рифленым горлышком и стакан. В графине сохранилось около столовой ложки вина, и, судя по следам на соседнем стакане, последний наполнили вином, когда оставляли здесь. Оба сосуда расположили так, чтобы усопший после опустошения стакана мог долить в него из графина. Вино было красное, с определенным винным вкусом. Когда мы вынесли его на воздух, оно разделилось на красные и белые компоненты, жидкость испарилась; остатки мы поместили в бутылку и запечатали. Это вино и несколько прекрасных грецких орехов не той же гробницы сейчас находятся в Британском музее. В гробнице обнаружены также стеклянная слезница, искусно обработанное сердоликовое изображение волчицы, кормящей Ромула и Рема, остатки кинжала в футляре, несколько изъеденных коррозией железных звеньев, напоминающих кольчужные.

Судя по находкам, гробница принадлежала если не правителю, то одному из выдающихся представителей своего народа.

На участке темной почвы (в основном поверхностной), который вклинивался в белую, известковатую глину гробницы, на глубине тридцати футов мы нашли останки женщины, завернутые в нечто, напоминающее водоросли. Кости прекрасно сохранились. Под давлением почвы водоросли спрессовались в двухдюймовый слой, белый как снег, хлопьями рассыпавшийся от наших прикосновений. Эта субстанция, которую мы встречали во многих наших раскопках, использовалась благодаря своим антисептическим свойствам.

По соседству с только что описанной большой гробницей находилась другая, узкая, необычной конструкции; гробницы соединялись небольшим сводчатым проходом (Смотрите фронтиспис) Узкая была покрыта квадратными красными кафельными плитами, по три на каждой стороне, на них сохранились оттиски греческих букв. (Смотрите иллюстрацию VII.) В ней лежали останки женщины, также завернутые в водоросли, и несколько интересных реликвий. Очевидно, в центральной катакомбе находились останки вождя, справа от них — тело раба, а в кафельной гробнице — тело наложницы со слугой.

Однако вскоре нам пришлось покинуть это крайне интересное место. Проделанный нами тоннель был слишком вертикальным, мы не раз передвигали землю, и это место могло стать и нашей могилой. Чтобы попасть в последнюю гробницу (с красными плитами), мы сделали проход длиной не менее сорока футов. Опор не ставили, полагаясь на прочность почвы. Но если над нами проезжала лошадь или другое крупное животное то крыша дрожала так, как будто сейчас упадет.

Опыт подсказывал мне, что раскопки на большой глубине вблизи крупных каменных храмов (или часовен, как их называли рабочие), которыми мы не смогли заняться из-за трудоемкости процесса, принесли бы еще лучшие результаты, чем раскопки известняковых гробниц.

Известковатая глина, выкопанная из этих катакомб, при воздействии воздуха превращалась в пыль. Ведущие к ним шахты (а у каждой катакомбы обычно имелся отдельный вход) были заполнены песком, который очень отличался от окружающей его почвы. Думая иногда об объеме подземных работ, перед глазами встают размеры земляных холмов, которые выросли за это время над захоронениями.

далее… Армянские рабочие

Метки: , ,

Комментарии закрыты.

наверх

Open Directory Project at dmoz.org Яндекс.Метрика